В интересах бизнеса - Давид Павельев

«Вот спроси при случае у своих сотрудников, стоит ли оно того, энтузиаст!»

Я решительно стал прогонять его из-за своей спины. Но это оказалось не так уж и просто. Слова эти были не просто слова. Это было семя, которое попало в мою почву и теперь проросло. Почему же оно проросло? Не потому ли, что почва оказалась рыхлой и благодатной? Не потому ли, что она только и ждала, когда же в него наконец попадёт это семя?

И я стал думать. В чём правда куксовских аргументов?

Я – частный предприниматель, это верно. У меня есть своё дело. Хорошо говорить так в весёлой компании, чтобы произвести впечатление, показать свою независимость. У нас принято так считать: раз своё дело, значит сам себе хозяин. Ты как капитан своего корабля, ведёшь его намеченным самим собой курсом к процветанию и достатку. Все мечтают иметь своё дело, а не работать «на дядю».

Я тоже, как и многие, всегда мечтал иметь своё дело. Почему? Я никогда не задумывался над этим. Это кажется таким естественным. Это витает в воздухе. Ну а всё-таки? Почему я никогда не хотел бы быть подчинённым, как мои сотрудники?

Мне не нравится, когда меня заставляют работать? Или вообще не нравится принуждение? Или зависимость от чьей-то прихоти? Да, конечно. Кому это нравится? Но, наверно, это не самое главное. Всё-таки так тоже неправильно, если каждый будет начальником, и у него в подчинении будет только он сам. Один он ничего не добьётся. Вот и у меня тоже вроде как есть подчинённые, и им тоже не нравится их положение?

Начальники ведь тоже бывают разные. Одни, такие как Червенёв, о котором я узнал час назад, но мысленно он со мной теперь надолго. Им нравится вызывать у подчинённых священный трепет перед своей грозной фигурой. Их воля – закон для всех. Работать честно – это не в их правилах. Им на всё и на всех плевать, лишь бы только были прибыль, статус и влияние. Но их никто не любит и не уважает. Им корчат рожи, когда они отворачиваются. Их фотографии прокалывают иголками, а они ни о чём не догадываются. Иногда только, быть может, какой-нибудь подчинённый, мечтающий оказаться на их месте, солидно покачает головой и скажет: «Оборотистый мужик, умеет ведь в жизни устроиться!»

Работать под руководством такого я как раз и не хотел. А мне казалось, что таких гораздо больше, чем честных, думающих не только о себе, порядочных руководителей. И мне хотелось самому стать таким.

Только тогда я мало о том думал. Так ли уж часто полностью понимаешь себя, зачем ты что-то делаешь и почему ты чего-то хочешь? Чаще всего всё не так: где-нибудь от кого-нибудь услышал, как кто-нибудь что-нибудь хочет, это врезалось тебе в память, а потом уже начинаешь думаешь, что сам пришёл к такой мысли. Если же начнёшь по-настоящему думать сам, то окажется, что многое из того, что раньше казалось естественным, теперь не твоё, чужое. Вот, например, слова. Все говорят «иметь дело», и я так говорил. А сейчас кажется, что как-то это не звучит: «иметь дело». Будто бы дело – это вещь, которая тебе принадлежит. Если вещь принадлежит только тебе, то она и зависит только от тебя, от твоей прихоти. Но дело зависит не только от меня, но и от множества других людей и от множества обстоятельств. Если дело только твоё, ты поступаешь со своим делом как хочешь. Но я не могу поступать только лишь так, как хочу, потому что я работаю в коллективе, и дело скорее наше, а не моё.

Потом опять же возникнет вопрос: зачем я «имею дело»? Ну кроме того, чтобы быть независимым и быть хорошим руководителем. Понятно, чтобы состояться в жизни, преуспеть и иметь приличный доход. Ну как все. Но, наверно, не только для этого.

Фармацевтика – одна из самых прибыльных отраслей бизнеса, а рынок препаратов для улучшения памяти, работоспособности и снижения стресса – самый прибыльный в фармацевтике. По этой причине я занялся этим делом? Ну, мы живём в такое время, когда людям нужно много запоминать, держать в голове разные цифры, сложные названия, курсы валют, биржевые котировки, которые постоянно меняются и за которыми нельзя опоздать. Дальние дороги от дома до офиса, стресс, постоянная спешка и бешеный ритм жизни – всё это не прибавляет энергии и жизненных сил, которые так нужны чтобы достичь успеха. Вот люди и вынуждены прибегать к помощи препаратов, витаминов, успокоительных. Плохо это или хорошо – это вопрос для писателей, философов и всех тех, кто больше рассуждает, чем действует. А мне важно, чтобы препараты были качественными, чтобы они по-настоящему помогали людям и не причиняли им вреда.

Да, это и называется энтузиазм. Значит, я – энтузиаст, в отличие от Червенёва и моего знакомого Куксова. И тут получается, что неэнтузиасты процветают, а энтузиасты с трудом сводят концы с концами. Раньше я думал, что наши трудности связаны с тем, что мы молодая, только недавно открывшаяся фирма. У нас есть надёжные поставщики и отлажены каналы сбыта, а значит, через какое-то время мы прочно встанем на ноги. А если нет?

«Что думают твои подчинённые? – спрашивал меня Тарас.

И правда, что же они думают? Я всегда думал, что у нас хороший коллектив. Мы понимаем друг друга. Я понимаю, что их обязанности нелегки, коллеги тоже понимают мои трудности. Более того, мы стараемся поддержать друг друга. Мы делаем общее дело, и нам всем важно чувство плеча. Если ты оступишься, тебе не дадут шлёпнуться в грязь. Тебя поддержат, независимо от того, почему ты подскользнулся, был ли ты неосторожен, или же просто так получилось. Тебя поддержит и твой сотрудник, и твой руководитель.

Мы понимаем, что если оступился один, упасть можем мы все.

И здесь мы равны. Мы – коллектив. У этого слово интересное значение – оно единственного рода, но обозначает нескольких человек. Многих, как одного, и одно, как многих.

Выходит, ребята тоже энтузиасты? Мы почти не разговариваем на эту тему. Наверно, это само собой разумеется, иначе мы бы так не сработались.

Но ведь и в словах Тараса тоже есть логика. Я не могу сказать, что полностью не согласен с ним. Всё-таки энтузиазм энтузиазмом, но каждый должен выживать в этом мире и в наше время, каким бы оно ни было. Можно его критиковать, что делают философы, но им невдомёк, что нам, простым смертным, нужно просто выжить.

«В-ин-те-ресах-биз-не-са… – стучали колёса. – Не-поз-во-ли-те-лен-эн-ту-зи-азм!»

Если уж я энтузиаст, я не хотел бы изменять себе. Но если энтузиазм тормозит развитие дела, нужно искать какой-то компромисс. Как думают ребята? Наверно так же.

Нет, не стоит на это поддаваться. У нас всё хорошо, пусть и есть трудности. Только начни во всём сомневаться. Прочь, кыш, кыш!

Размышляя, я смотрел в темноту тоннеля. Наконец, поезд стал тормозить. Я увидел тянущиеся вдоль стены тоннеля кабели, и вот показалась станция. Не успели двери раскрыться, я выскочил на платформу, и уже скоро взбирался вверх по эскалатору. В сбивающийся ритм моих торопливых шагов злосчастная фраза не попадала, и я надеялся, что наверху она наконец отстанет от меня.

Я вышел на улицу. До офиса от станции совсем немного. Я постарался преодолеть это расстояние как можно быстрее. Впрочем, так со мной было всегда.

– Здрасте, Арсений Георгич!

Я пожал руку одутловатому вахтёру.

– Вы на пять минут позже обычного, – добавил он.

Он привык сверять по мне часы.

– Кто-нибудь пришёл? – спросил я.

– Нет.

Я поднялся на этаж и открыл офис. Именно я открывал его каждое утро, так как приходил самым первым. Всегда считал, что руководителю не положено опаздывать. Пунктуальность – это по сути формальность, но ею можно очень многое сказать. Посредством неё я тоже общаюсь с моими сотрудниками, она как утреннее приветствие, точнее, дополнение к нему.

Офис состоит из трёх комнат. Первая из них – рабочий зал. Здесь стоят три компьютера, шкафы с бумагами, кулер, стулья для посетителей… В общем, бессмысленно описывать вам обычную рабочую комнату, такую очень легко представить. И всё же, и всё же… Здесь есть привычные кактусы, сувениры, рамки с фотографиями. Они вполне обыкновенные, какие есть везде, но для нас они многое говорят без слов.

Говорят, ко всему можно привыкнуть. Но многое здесь я замечаю постоянно, например, идеальный порядок на рабочих местах. Знаю по себе: если бы у меня на столе был ворох бумаг, поломанные карандаши, ненужные листовки и газеты, я считал бы это проявлением неуважения к моим сотрудникам. Это красноречиво свидетельствовало бы о том, как я отношусь к моим обязанностям, а значит, и к интересам доверяющих мне людей.

То же думает и каждый. Потому у всех рабочие места в идеальном порядке.

Так что думают обо мне мои сотрудники, господин Куксов? Вы сомневаетесь в нашем коллективе? Если да, то продолжим. Загляните в соседнюю комнату. Это химическая лаборатория, в ней трудится наш начальник отдела контроля качества Таисия Петровна Линецкая. Пробирки на её столе всегда напоминают мне ряды ружей в арсенале: они вымыты, вычищены до блеска, словом в любой момент в боевой готовности. На стене таблица Менделеева, выполняющая скорее декоративную роль. Любому химику она заменит любое из творений Пикассо.